Вдовы. Невоенная песня
Режиссер кинокартины «Вдовы» Сергей Микаэлян говорил: «Она про многое, про всё...»
А вышел фильм на экраны в 1976 году. Тогда еще очень многие были живы из тех, кто воевал в Великую Отечественную войну, кто трудился в тылу, кто ждал своих родных, ждал от них весточек. Молились, конечно. И вот две пожилых женщины — баба Шура и баба Лиза. Бои в 1941 году шли и здесь. В их деревню вошли фашисты. Гибли люди. И обе, тогда еще молодые, Шура и Лиза тайно, ночью похоронили двух погибших наших молодых солдат. Торопились, потому что за такое поплатились бы своими жизнями. Поэтому не успели даже посмотреть толком, а случайно нашли у одного из убитых обрывок маленькой фотокарточки, она вся была залита кровью. Ее баба Шура и берегла в старенькой деревянной шкатулке.
Они остались одни, Александра Матвеевна и Елизавета Егоровна. На войне погибли их мужья, сыновья, братья. Обе колхозницы, поднимали хозяйство, жили скудно, трудно. А дома их рядом стояли, и вот уже к 1976 году жили они в одной избе — у Александры Матвеевны. Вдвоем легче — и печку топить, и воду носить, да и веселее — пообедать, и то вместе. А пенсии у колхозников были очень маленькими.
Это и я помню.
Так вот, однажды они принялись было за вареную картошку, как входит в избу бригадир. А день-то был не простой — 23 февраля, День Советской Армии. С утра они побывали на дорогой могиле. Убрали снег, посидели. Положили на могилку по обычаю: одна печеньице и конфету, а другая — два яичка и пачку сигарет («Красивая. А вдруг они курили, солдатики-то наши?..»).
Бригадир уважительно помянул погибших родных обеих вдов, выпил с ними и вдруг заговорил про их заветную могилу. Не знают ли они, как звали солдатиков-то? Не знают. Откуда же? Может, — спрашивает бригадир, — сохранилось что? Баба Шура честно сказала: фотография только, но на ней ничего не разобрать, она же вся в крови. — А ты достань, покажи. Может, что и разберут, сейчас наука многое может.
Баба Лиза только одними губами подруге: не доставай, не показывай! А Шура честно достала с шифоньера шкатулку, там солдатское письмо-треугольничек, да старая газета и маленькая фотография, на которой ничего не разобрать.
Бригадир унес фотокарточку с собой, мол, может, разберутся.
Ах, как рассердилась баба Лиза! Зачем фотку отдала! Лежала она себе, и лежала, а тут, может, найдут кого… И, ну ругаться, свернула свою постель, подхватила сиденье деревянное, которое у прялки стояло, и понесла всё в свою избу.
— Куда ты! У тебя холодно! У тебя и есть нечего!
Ничего, у бабы Лизы такой характер. Вернулась она к подруге только на следующий день. Помирились.
А когда весна наступила, их попросили, чтобы в амбаре починили бы мешки. Сидят с иголками, зашивают. Вдруг врывается девочка: про вас в газете пропечатали!
Оказывается, в редакции газеты смыли с фотокарточки засохшую кровь, отреставрировали и опубликовали ее. Рассказали, что вот сколько лет за могилой двух неизвестных солдат ухаживают две старые женщины… Но, может, кто узнает своего родного на этом фотоснимке?
Баба Лиза опять рассердилась: я же говорила тебе, не показывай фотографию!
А что у них в жизни осталось-то — только та могилка…
…И началось такое, чего и не ждали. Подъезжает «Волга». Обеих вдов приглашают в райком партии. Там, как обухом, известие: могилу перенесут в райцентр, перезахоронят обоих солдат и посадят парк. И будет такое торжественное место для всех.
Вздрогнули бабушки:
— Нету нашего согласия!
Первый секретарь райкома сказал:
— Без вашего согласия перезахоронения не будет.
А секретарь по пропаганде, такая женщина с уверенным взглядом говорит:
— Ну что нам, на колени перед вами встать, что ли?
И баба Шура рухнула перед ней на колени:
— Миленькие, оставьте их нам! Не отнимайте!
Ну как объяснить, что у них в жизни ничего не осталось, кроме той могилки!
..А тут уже 9 Мая приближается. И понаехали к вдовам гости. Со всей страны. Да с подарками. И каждый доказывает, что это его родной на той фотографии в газете. Сготовили ужин на всех, починили вдовушкам крышу, распилили дрова, отремонтировали старенькое радио.
И вечером бабушки подозвали к себе бригадира:
— Даем наше согласие.
…Рано утром был выставлен военный караул, эксперты-криминалисты вскрыли могилу, искали, но ничего не нашли — ни документов, ни солдатских медальонов. И повезли погибших воинов в новых гробах, обтянутых кумачом, в райцентр. И вдовушки наши в автобусе вместе со всеми гостями. А там, на площади, собралось много народу. Сажали парк, говорили добрые, благодарные слова. Играл духовой оркестр.
Вечером стемнело уже, поехали на станцию железной дороги. Всех проводили бабушки, гости обещали к ним приезжать. Тронулся поезд. Махали руками вслед. Оглянулись — а автобуса-то, на котором их всех привезли, нет. Значит, идти до деревни пешком?
Пошли. И песню решили запеть. Эта не подходит, и та не подходит. А вот эта:
На закате ходит парень Возле дома моего, Поморгает мне глазами И не скажет ничего.
Была такая прекрасная советская песня. Я маленькой девочкой часто слушала ее по радио. 50-е годы. Невоенная песня. А как послушаешь до конца, то получается, что и про войну тоже. Вот и статью эту написала — вроде и про церковь в фильме ничего нет, правда, вербочки на могилку положили, а фильм-то о вере.
И вдруг на экране эта песня разливается на разные голоса. И звучит мелодия, а мы смотрим документальные кадры: старых женщин с цветами, на празднике 9 Мая. В глазах слезы. Обнимаются. Плачут. И совсем, совсем старые они, эти женщины, потерявшие близких в Великую Отечественную войну. И вдовы среди них, конечно.
…Да что ж, и героинь Александры Матвеевны и Елизаветы Егоровны уже нет на свете. И самих этих актрис, Галины Макаровой и Галины Скоробогатовой, так просто и хорошо сыгравших вдов, тоже нет.
А фильм этот, один из лучших о Великой Отечественной войне, остался. И пусть на экранах кинотеатров идут теперь совсем другие картины, фильм «Вдовы» 1976 года можно посмотреть в Интернете.
С Днем Победы!
Татьяна Артемьева,
прихожанка прихода
храма преподобного
Сергия Радонежского
Газета «Политехник» Липецкого государственного технического университета. — 2020. — № 3. — С. 12 - 13