Лето в деревне
Кто-то из читателей «Политехника» проведет лето, каникулы в деревне или хотя бы побывает там у родных в течение нескольких дней. У меня уже нет деревенских родственников, все умерли. Да и было это не здесь, не в Липецкой области, а в деревне северной.
Хотя и говорят, что самые счастливые годы — студенческие, и в этом много правды, но все же не станем недооценивать детство.
Ты беззащитен в детстве, но распахнут, все впитываешь, всему доверяешь. В детстве ребенок приближен к Богу всем своим естеством. Недаром первая исповедь — только в 7 лет. До этого возраста дети безгрешны.
В моем городском детстве было не так много тепла, но однажды летом папа поехал в свою северную деревню, еще и дедушка был жив, и взял меня с собой. Как давно это было, в 50-е годы…
Сестра папы, тетя Тася, светлая, добрая женщина, директор деревенской школы, так ласково разговаривала со мной! Я помнила ее заботу всегда, и уже когда училась на факультете журналистики МГУ, жила в Москве, а, значит, по тем советским временам все редкие сладости были доступны, иногда посылала ей коробки конфет, пастилы. Она благодарила, присылала деньги, и это мне было неловко. Хотя сейчас думаю: ну, для студентки же нормально, что тетя прислала 10 рублей. Не знаю, представляют ли сегодняшние студенты, что такое 10 рублей в 60-е годы?.. Наверное, нет. А это довольно много было.
Потом, после университета, когда я стала работать в редакции Коми республиканской газеты «Молодежь Севера», узнала, что наша тетя Тася заболела лейкемией.
…Умерла она в онкологической клинике, незамужняя, бездетная. Бедная тетя Тася, она была совсем не старой… Помню, папа со слезами привез мне в Сыктывкар ее темный клетчатый плед, на память. Укутанная этим пледом, в суровые северные зимы она ходила пешком из своей деревни, где директорствовала, в деревню, где жил дедушка — убрать в избе, постирать. До сих пор сплю под этим пледом.
А связано-то у меня с тетей Тасей одно из самых поразительных впечатлений того единственного лета в деревне. Она меня, ребенка, взяла с собой «по землянику». Сама шла с большой корзиной, мне дала маленькую. Земляники было видимо-невидимо, мы набрали полные корзинки и наелись ягод досыта. Пора было возвращаться домой. Голова моя — вровень с головками красивых полевых цветов, от которых сладко пахло. И тут я почувствовала такую усталость — ну, не могу больше сделать ни шагу. Как до дома дойти? Села в траву. Тетя Тася отошла от меня на несколько шагов, нагнулась, сорвала букетик земляники:
— А вот я тебе подарочек какой сделала!
Я подошла, взяла букетик. Потом сама забежала вперед и тоже нарвала букетик земляники:
— Тетя Тася, а вот тебе подарочек!
Тетя подошла и взяла мой букетик.
Так, даря друг другу букетики ягод, мы и вышли на пространство, откуда уже было видно село, которое стояло выше нашей деревни. Взбежавшая на пригорок церковь. Я ее сразу увидела. Тетя Тася мне сказала:
— Вот и церковь. Ты видишь — тебе легче, совсем немного идти осталось.
Так впервые в жизни я ощутила, что церковь в русском пейзаже — не только вдохновенный ориентир, она силы дает путнику, духовные силы.
И мы дошли до дома легко. А церковь-то та стояла, разграбленная, продуваемая ветрами, и была превращена в склад. Я после рассмотрела. Но теперь понимаю: ведь потому и сохранилась, что в ней устроили склад, а то сломали бы...
Уже позже, в студенческие годы, я проходила первую журналистскую практику в Тутаевской районной газете Ярославской области. Раньше этот городок назывался Романово-Борисоглебск. Так там, в старой части города, на какой бы улице ты ни оказался, в обеих ее концах — по церкви стоит. Все они были тогда закрыты, недействующие. Тихий волжский городок на семи холмах с церквями и церковками памятен мне до сих пор.
В детстве же моем тетя Тася приезжала к нам, в Липецк, и молча, никому ничего не говоря, ходила в церковь. Теперь я понимаю, что это был храм на улице Арктической. Возможно, единственный храм, действовавший в Липецке в ту пору. Нет, кажется, еще церковь Преображения Господня была открыта. О вере тетя Тася, директор деревенской школы, никогда со мной и с моими родителиями-атеистами не говорила. Но ту церковь в их северном селе, которая помогла, мне, малышке, дойти до дому с корзиночкой земляники, я помню как открытие: церковь помогает, она силы дает!
...Вдруг вспомнила, что впервые и на всю жизнь услышала имена двенадцати апостолов в тот же единственный приезд в деревню, от своего дедушки Семена Демидовича. Мы с ним стояли в хлеву, он разговаривал с коровой, а потом взял меня за руку, ввел в избу, посадил за тщательно выскобленный стол, да все двенадцать имен и назвал. Когда, уже лет через тридцать, стало доступно Евангелие (а ведь было недоступно прежде), выяснилось, что апостольские имена я помнила с детства.
У кого-то из Вас наверняка есть бабушка в деревне. Обычно они в белых платочках — таких я вижу, когда лежу в областной больнице. Они хранят старые иконы, они крестили внуков, когда родителям в городах власти это запрещали. Они не перемывают кости так называемым «звездам», не увлечены телесериалами и не болтают по мобильным телефонам. Но на Пасху они обязательно идут освящать кулич и крашеные яички даже далеко, в соседнюю деревню, если в своей церковь еще не восстановлена. Они читают молитвы, ходят на могилы сельского кладбища, неутомимо копаются в огороде, даже если спина разламывается. Держат коров и поднимаются в самую рань — подоить и проводить в стадо. Для меня разговор с такой бабушкой — тихая радость и покой.
Так хочется летом в деревню!
Татьяна Артемьева,
прихожанка прихода храма
преподобного Сергия Радонежского.
P. S. Еще раз для тех, кто не знает: службы нашего прихода ведутся в маленьком храме святой мученицы Татианы, небесной покровительницы православного студенчества. А рядом строится большой храм преподобного Сергия Радонежского. Уже ведется кирпичная кладка цокольного этажа, и каждый, кто пожелает, может оставить в церковной лавке свою лепту на строительство, по усердию, и написать цветным восковым мелком на кирпиче свое имя, или имя своих родных, близких. Стены храма вечны.
У нашего сайта новый адрес: http://svetlijhram.ru/
Газета «Политехник» Липецкого государственного технического университета. — 2010. — № 10. — С. 15.